Перед войной 1941 года мои родители жили в районе аэропорта города Свободный, Амурской области. Отец работал плотником и получил пустующую квартиру — жильё, в котором никто долго не задерживался: семьи заезжали, поживали немного и съезжали.
Сначала это казалось обычной чередой неудачных соседей и бытовых проблем, но со временем в доме стали происходить странные вещи. Родители заметили, что по ночам что‑то давит на грудь и мешает дышать. Отец несколько раз просыпался с ощущением удушья, как будто кто‑то сидел ему на груди. Сначала они списывали это на усталость и плохие сны, но явления усиливались.
Со временем давление на родителей стало регулярным: сон нарушался, появлялся холод в комнате, предметы иногда меняли место. Родители начали обсуждать версию, что в квартире может быть домовой — не злой дух, но невидимый обитатель, который не любит чужих. Они пытались вести себя покладисто, ставили у изголовья простые обереги и оставляли немного еды, но это не помогало полностью.
Однажды ночью ситуация обострилась: отец проснулся в состоянии удушья сильнее, чем обычно, и, по рассказам, буквально боролся за воздух. Мать пыталась помочь, но тоже почувствовала сильное давление, словно кто‑то физически мешал им дышать. Наутро они были измотаны и напуганы, и приняли решение переехать — квартира больше не казалась местом для жизни.
После отъезда преследующие явления прекратились. Родители больше никогда не возвращались в ту квартиру, а история осталась как семейное предупреждение: иногда объяснить происходящее разумом не получается, и люди предпочитают уходить от проблем, которых боятся и не понимают.
Эта история — один из тех случаев, когда бытовая бытовая реальность переплетается с необъяснимым. Независимо от того, как относиться к подобным рассказам — с верой или скепсисом — для тех, кто пережил подобное, опыт остаётся реальным и формирует решение уйти от источника страха.